Ваш регион: Новосибирск
Информация будет отображаться для
г. Новосибирск
Да, все верно
Выбрать другой

Статьи

 

Дмитрий Никончук: « «Люди понимают, что нельзя работать бесплатно».

Директор новосибирской компании по аренде спецтехники — об изменениях на рынке за 10 лет, черном списке клиентов и тракторах, которые приходится чинить по ночам

Новосибирский рынок аренды объемный и разнообразный: здесь работают и крупные организации с сотнями машин, и средние компании, и частные лица. Герой этого материала, директор компании «Никстрой» Дмитрий Никончук, пришёл в отрасль восемь лет назад — он присоединился к отцу, который занимается арендой экскаваторов с 2005 года. В интервью сайту Sptportal Дмитрий рассказал о том, что произошло на рынке за последние годы, как повлияли на его участников падение рубля и введение пошлин на подержанную технику, и почему компании не спешат искать новых клиентов.

— Дмитрий, ваш отец создал компанию ещё до кризиса 2008 года. Как удалось пережить это время?

— В кризисный год работать было абсолютно не на чем и некому — никто не умел. Отец в числе тех, кто сумел сохранить бизнес. Было непросто: с 2008 года почти 90% участников ушло с рынка. Конкуренция заметно увеличилась только в 2014 году. Наверное, это было вызвано ростом предпринимательской активности: люди искали варианты своего дела, видели, что здесь можно зарабатывать. Тогда в отрасль пришло очень много бывших офисных сотрудников. Но этот рынок постоянно фильтруется, и на нем мало кто задерживается, потому что отбить стоимость техники тяжело.

— То есть, предложение сегодня превышает спрос?

— Насколько я помню, по данным Ростехнадзора в Новосибирске порядка 3000 тракторов. Это очень много. А число строек постоянно падает, и заказов из частного сектора все меньше. Так что этот рынок идет на сокращение.

Когда я начинал, в 2011-2012 году, у нас было много клиентов, которые строили индивидуальные дома и коттеджи. Сейчас такого нет. Это, кстати, кардинальное отличие Новосибирской области от Краснодарского края. У меня даже есть знакомые, которые переехали туда вместе с техникой, потому в Краснодаре и Сочи строится много частного сектора. А техники не хватает: после Олимпиады многие разъехались. Так что у них есть работа, и цена часа там выше: если у нас средний тариф при наличном расчете — 1500 рублей в час, то там — около 2000. И это при условии, что топливо стоит одинаково.

— Это ведь тариф компаний — частные лица готовы работать и за меньшие деньги?

— Да, и это серьезная проблема. В Новосибирске стало меньше заказов из частного сектора не потому, что люди строят меньше домов. Просто рынок наводнили любители, которые взяли одну машину в лизинг и должны отбить ее стоимость. И они снижают цену, чтобы были заказы. Такая тенденция началась пару лет назад. Все тогда работали по тарифу 1300 рублей в час, но находились «умельцы», которые ездили за 900, лишь бы не потерять машину и вложенные средства. А риск велик.

Помню, был даже такой случай: человек покупает машину, отрабатывает месяц — и пробивает одновременно два колеса, да так, что они не подлежат ремонту. А каждое колесо стоит около 30 тысяч рублей. И он решает продать трактор, потому что 60 тысяч — это месяц бесплатного труда. То есть, за день можно потерять намного больше, чем заработал. Конечно, это не касается крупных игроков с сотней единиц техники. Но таких компаний в городе около десяти, большинство участников рынка — частники.

— А у вас крупная компания?

— Средняя. У нас есть полноповоротные экскаваторы и экскаваторы-погрузчики. Человек в штате немного. В основном, водитель и механик — это одно лицо.

— Кто чаще всего заказывает спецтехнику?

— Клиенты у нас постоянные — это застройщики. Сейчас настало то время, когда брать нового клиента очень тяжело. Причина — неуверенность в том, что он заплатит. Вопрос роста компании упирается именно в это. Так что многие наши коллеги сегодня боятся начинать сотрудничество с новым контрагентом.

— А есть какой-то черный список клиентов, с которым могут сверяться участники рынка?

— Конечно. Есть коллективные группы в WhatsApp — там ежедневно выкидывают заявки и обсуждают неплательщиков. Называть ненадежные компании я не буду, но они есть. К примеру, несколько моих знакомых потеряли много денег на сотрудничестве с крупной организацией, которая занималась федеральным строительством. Хотя вообще-то федеральные деньги получить вполне реально: мы не раз участвовали в торгах. А вот с муниципалитетом лучше не связываться: там задержки — нормальное явление. Поэтому с мэрией работают только те компании, у которых есть денежная подушка.

— Как конкурируют средние и крупные участники рынка, если надежный клиент все же находится?

— Это вопрос качества выполнения работ, а оно держится в основном на сотрудниках. Доходит даже до того, что каждый клиент просит прислать конкретного водителя. У нас сложившийся коллектив, новеньких мало. Люди работают по 5-6 лет и уходят обычно в силу возраста или состояния здоровья.

А низкое качество обычно бывает из-за неопытности специалистов. При этом плохо работать может как любитель, так и сотрудник крупной компании. Как правило, в этом случае говорят: «Да он новенький!». Но клиенту-то все равно, и он вряд ли еще раз позвонит в эту контору.

— А как тогда удержать заказчика, если сотрудник на испытательном сроке сделал что-то не так?

— Мы, к примеру, контролируем нового человека. Опытный специалист присутствует на площадке и в случае чего сам все переделывает.

Интересно, что сотрудники за последние годы сильно изменились. Раньше, если ты заказывал экскаватор, ты ожидал, что приедет такой пьяненький рубаха-парень. На стройплощадках даже тракторы тормозили и нюхали — пьяный или трезвый водитель? Сейчас такого почти нет. Все как-то осознали, что это импортная техника, которая стоит как квартира. И теперь в этом бизнесе работают люди посерьезнее.

— А в чем сегодня основная сложность?

— Наверное, самая главная проблема — техническое состояние и амортизация машин. С 2011 года стоимость часа увеличилась всего на 200 рублей, а это несоизмеримо с ростом расходов. В 2014 году случилось падение рубля — автоматически подорожали запчасти. Цена дизельного топлива выросла в два раза. Так что сегодня это уже не такой интересный рынок.

— А какой средний возраст машин в Новосибирске?

— По моим оценкам, 8-12 лет. Сейчас в основном покупают экскаваторы 2007 года. Автопарк стареет. На это повлияло введение новых пошлин на ввоз подержанной техники в 2014 году — машины без пробега по России подорожали почти в два раза и стали стоить, как новые. Конечно, покупать их перестали.

— Новую технику тоже не берут?

— Трактор с завода стоит от 5 до 7 миллионов рублей, в зависимости от марки. За год он должен себя оправдать, но такую сумму заработать нереально. Его придется отбивать около пяти лет — вот такая рентабельность.

— Пошлины ввели, а выпуск отечественной техники не наладили?

— Нет, только открыли сборочные производства. Но, если честно, у них же всё как из-под топора выходит. Это как недавно построили завод BMW, выпустили первую партию X7, а там подушка безопасности неровно стоит. Пришлось отзывать сотни машин.

При этом цены на собранную в России технику ненамного ниже, чем на новую зарубежную. И я не слышал, чтобы кто-то в Новосибирске ее покупал.

— Сложно работать на экскаваторах, которым скоро 10 лет?

— Мы успели взять свежие машины до 2014 года и на них продолжаем работать. Здесь главное — быстро отремонтировать технику. Как-то мы в два часа ночи в тридцатиградусный мороз разбирали трактор прямо посреди дороги. Домой вернулись под утро, но починили. На следующее утро машина поехала работать.

Здесь сложность в том, что техника вся импортная, и некоторых запчастей в России попросту нет. Приходится заказывать из других стран. Хорошо, что сегодня компании, которые продают детали (например, Bautehnika), могут это сделать. Это лишь вопрос цены.

Кстати, тенденция такая, что потребление запчастей будет только расти.

— А в каком состоянии рынок ремонта спецтехники? Серьезная поломка — это проблема?

— Да, в Новосибирске мало тех, кто профессионально занимается ремонтом. И специалисты у нас недостаточно квалифицированные. Я сам столкнулся с этим: год чинил один экскаватор. В Москве сложную поломку устранить могут, у нас — нет. Так что ремонт спецтехники — это тоже перспективная ниша.

— С 1 июля застройщики перейдут от долевого строительства к проектному финансированию. Эксперты прогнозируют банкротство ряда компаний. Вы готовы к тому, что это ударит по рынку спецтехники?

— Есть же не только застройщики — есть субподрядные организации, которые занимаются тем же проведением коммуникаций. Мы и с ними сотрудничаем. Так что, надеемся, клиенты будут. Здесь важную роль играет сарафанное радио: люди видят, какое качество мы выдаем, рекомендуют нас знакомым.

Есть в Новосибирске и крупные застройщики, за которых можно поручиться. Например, «Дом-Строй», «КМС». «Русь» тоже за свои деньги строит. С этими компаниями мы бы хотели поработать.

Какие перспективы рынка аренды вы видите сегодня? Вырастут ли наконец цены?

— Повышение цен потихоньку идет. Люди понимают, что нельзя работать бесплатно. Мы разговариваем с клиентами — последнее повышение цен привязали к росту НДС.

— Это те самые 200 рублей, которые не окупают рост цен на запчасти и топливо?

— Да.

— А что мешает повысить стоимость часа адекватно росту затрат? Клиенты к этому не готовы?

— Конечно, мешает страх потерять заказы. Рынок большой, и ты можешь остаться ни с чем. Я уже говорил про любителей, которые работают по принципу «сам водитель — сам хозяин». Они все деньги забирают себе и могут снижать стоимость часа, что чревато для остальных. Такие люди никуда не денутся — они всегда были и будут.

Так что перспективы пока туманны. Хотелось бы, конечно, работать на новой технике и по нормальным ценам, но пока все сводится к качественному ремонту.